Про садики

Чтобы не делать рейтинг тому сайту, приведу цитату оттуда

Наш корреспондент Дарья под видом безработной абитуриентки пришла в детский сад «Солнышко» в поисках работы. Заведующая, бегло посмотрев на Дашу и даже не дослушав ее, предложила должность воспитателя. Правда, немного подумав, остановилась на должности нянечки. Несмотря на то, что в санитарной книжке Даши не было проставлено несколько прививок, она приступила к работе. Первые же советы коллег отбили у девушки желание отдавать будущего ребенка в садик. Несмотря на карантин и предупреждения СЭС, посуду здесь мыли в обычной воде с мылом, экономя на хлорке, моющем средстве и даже перчатках (читай «КП» от 7 ноября с. г.).

Юные шизофреники

Мою посуду в мыльной пене, внимательно читая висящие над раковиной правила. В это время в группу заходит приятная ухоженная женщина.

• Добрый день, - здоровается она. - Меня зовут Ольга Петровна, я логопед. А вы новая нянечка? Ой, какая радость! Вы бы знали, как мы вас ждали! А мы сегодня с ребятками заниматься чтением будем.

В комнате гам, малыши играют машинками, куклами и в догонялки. Воспитателя нет уже минут двадцать. Дети предоставлены сами себе. Хорошо еще, что никто не подрался и не опрокинул на себя шкаф с книжками. Шум в группе растет, как снежный ком.

Я быстро собираю со столов грязную посуду, чтобы логопед могла начать занятия. Едва закрываю за собой дверь, из комнаты доносится яростный крик:

• А ну-ка замолчали все! Быстро за парты! Я кому сказала! - вопит эта приятная женщина.

Не веря своим ушам, заглядываю в комнату. Нет, мне не показалось. Ольга Петровна действительно орет на малышей.

• Сели все! А ты куда пошла? Куда идешь, спрашиваю?

• В туалет, - робко отвечает девочка Маша.

• В какой туалет? Ты как учиться в школе будешь? Ты учиться-то по-человечески не сможешь!

По мере того, как затихают дети, успокаивается и логопед.

В конце урока каждый должен подойти и показать, как выучил материал. Через пару минут снова поднимается крик. На этот раз жертвой педагога стала пятилетняя симпатичная девчушка со светлыми хвостиками.

• Это кошмар какой-то! - кричит на всю группу Ольга Петровна. - Надежда Юрьевна, она же трех букв не запомнила! А! О! У! Это отставание в развитии, точно! Ну-ка, что это за буква?

• А, - тихо отвечает девочка.

• Нет! Это - У! - еще громче возмущается логопед. - Задержка в развитии! Три буквы путает! Шизофрения!

Голубых елей не бывает!

После нескольких неудачных попыток логопед злится еще больше.

• Все, повторяйте все за мной. А-а-а…

• А-а-а-а, - растягивают дети.

• У-у-у!

• У-у-у-у, - повторяют они.

• Все поняли? А теперь, Маша, назови мне, какое сейчас время года? Никто не подсказывает! – взвизгивает она.

Испуганная Маша смотрит в пол и молчит.

• Какое сейчас время года, спрашиваю!

• Осень! – раздается мальчишеский голос из толпы, окружившей учительский стол.

• Кто это сказал?! Кто сказал? Дрянь какая! – яростно шипит она. - Всем молчать, сказала!

• Осень, – тихо говорит малышка.

• А какое время года будет?

• Зима! – радостно вскрикивает другой мальчуган.

• Я тебя спрашиваю?! Маша?

• Зима… - понурив голову, лепечет светловолосая девочка.

• Она даже времен года не знает! Да это задержка в развитии! – вскрикивает педагог. - Я вызову твоих родителей и поговорю с ними! Ничего не запоминает!

После занятия, пока все собираются на прогулку, Ольга Петровна забирает Машу в комнату и беседует с ней. Несмотря на то, что малышка правильно называет цвета, педагог остается непреклонным и решает вызвать родителей. Тем более после того, что девочка говорит, что елки в лесу могут быть разного цвета, даже красными.

• Нет! Они одинаковые! Они все зеленые! – в ужасе от шизофрении кричит Ольга Петровна.

А вот лично я, уважаемый педагог, не только зеленые елки видела. Есть, между прочим, и голубые ели. А те, что высыхают, становятся желтыми, оранжевыми или даже красными…

Карцер в чулане

Группа ушла гулять. А мне в это время нужно было вымыть полы в спальне. С хлоркой и на два раза.

Перед обедом дети играют. Заметила, что они постоянно плачут. Вначале дерутся, потом один начинает рыдать. Воспитательница не обращает внимания на такие потасовки.

• Да они постоянно плачут! – говорит она. - Можно даже не успокаивать, все равно опять начнут.

Несколько раз я слышала плач в раздевалках. Пока дети одеваются, парочка драчунов обязательно сцепится. Кому-то губу разобьют, другому курткой по голове бьют. И все плачут. Но я не могу равнодушно смотреть на детские слезы. Разнимаю, успокаиваю.
Но бывают случаи, когда малыши умудряются довести воспитательницу. Тогда она главных смутьянов ставит в угол. Но излюбленным наказанием Надежды Юрьевны является чулан. Когда все 37 детишек начинают орать и капризничать, она выбирает самого горластого и запирает в темной комнате.

Я сама несколько раз отправляла на сончас детей, запертых в чулане. После двадцатиминутного заключения они возвращаются на свои места притихшими и заплаканными. Жалко смотреть их. Но воспитатели уверены, что распускать малышей нельзя.

• И вообще, если будешь так мягко с ними разговаривать, они тебя не услышат, - наставляет меня Надежда Юрьевна. - Тут командный голос нужен. Мы все сюда без голоса пришли, но научились. Вот теперь и дома такой же голос. Мне муж говорит: «Ты что кричишь постоянно?» А я не кричу, просто привыкла так разговаривать. Они не слышат по-другому, перекрикивать приходится.

• Помню, у нас пришла новенькая девочка, - продолжает она. - Она так всех построила, что мгновенно ее слушали. Ну, это только они такие шумные, потому что взрослые уже. Я еще работаю на средней группе, там такая нянечка, что они лишний раз рот открыть боятся.

Продолжение исповеди нашей нянечки читайте завтра, 12 ноября.

Тринитишечка
Хватит жути вить.

не мое писание
скопировала для удобства посетителей, чтобы не лазили на КП